Вторник, 17 октября 2017
Вторник, 17 октября 2017
15:30, 26 февраля 2017

Миф о несправедливости выселения чеченцев и ингушей в 1944 году


Миф о несправедливости выселения чеченцев и ингушей в 1944 году

23 февраля 1944 года началась операция «Чечевица»: депортация чеченцев и ингушей «за пособничество фашистским оккупантам» с территории Чечено-Ингушской АССР (ЧИАССР) в Среднюю Азию и Казахстан. ЧИАССР была упразднена, из её состава в Дагестанскую АССР передали 4 района, в Северо-Осетинскую АССР — один район, на остальной территории создали Грозненскую область.

Операция (Операция «Чечевица») была проведена под руководством наркома внутренних дел СССР Лаврентия Берии. Выселение чечено-ингушского населения было проведено без особых проблем. В ходе операции было убито 780 человек, арестовано 2016 «антисоветского элемента», изъято более 20 тыс. единиц огнестрельного оружия. В Среднюю Азию было отправлено 180 эшелонов с общим количеством переселяемых 493 269 человек. Операция была проведена очень эффективно и показала высокое мастерство управленческого аппарата Советского Союза.

Нарком внутренних дел СССР Лаврентий Берия. Он утвердил «Инструкцию о порядке проведения выселения чеченцев и ингушей», прибыл в Грозный и лично руководил операцией

Предпосылки и причины наказания

Надо сказать, что ситуация в Чечне была сложной уже во время революции и Гражданской войны. Кавказ в этот период охватила настоящая кровавая смута. Горцы получили возможность вернуться к привычному «ремеслу» — грабежу и бандитизму. Белые и красные, занятые войной с друг другом, не могли в этот период навести порядок.

Тяжелой была ситуация и в 1920-е годы. Так, «Краткий обзор бандитизма в Северо-Кавказском военном округе, по состоянию на 1 сентября 1925 года» сообщает: «Чеченская автономная область является очагом уголовного бандитизма… В массе своей чеченцы склонны к бандитизму, как к главному источнику легкой наживы, чему способствует большое наличие оружия. Нагорная Чечня является убежищем для наиболее закоренелых врагов Советской власти. Случаи бандитизма со стороны чеченских банд не поддаются точному учёту» (Пыхалов И. За что Сталин выселял народы. М., 2013).

В других документах, можно обнаружить схожие характеристики. «Краткий обзор и характеристика существующего бандитизма на территории IX-го стрелкового корпуса» от 28 мая 1924 года: «Наиболее склонны к бандитизму ингуши и чеченцы. Они же менее лояльны к советской власти; сильно развито национальное чувство, — воспитываемое религиозными учениями, особенно враждебны к русским — гяурам». Выводы авторы обзора сделали верные. По их мнению, основными причинами развития бандитизма среди горцев были: 1) культурная отсталость; 2) полудикие нравы горцев, склонных к лёгкой наживе; 3) экономическая отсталость горского хозяйства; 4) отсутствие твердой власти на местах и политико-просветительной работы.

Информационный обзор штаба IX-го стрелкового корпуса о развитии бандитизма в районах расположения корпуса Кабардино-Балкарской АО, Горской ССР, Чеченской АО, Грозненской губернии и Дагестанской ССР в июле-сентябре 1924 года: «Чечня является букетом бандитизма. Количество главарей и непостоянных бандитских шаек, совершающих грабежи, главным образом, на соседних с Чеченской областью территориях, не поддаётся учёту».

Для борьбы с бандитами в 1923 году провели локальную войсковую операцию, но её оказалось недостаточно. Особенно обострилась ситуация в 1925 году. При этом надо отметить, что бандитизм в Чечне в этот период носил чисто уголовный характер, идейного противостояния под лозунгами радикального ислама не наблюдалось. Жертвами грабителей становилось русское население из сопредельных с Чечнёй районов. Страдали от чеченских бандитов и дагестанцы. Но, в отличие от русских казаков, оружие у них советская власть не отняла, поэтому дагестанцы могли отбивать грабительские рейды. По старой традиции подвергалась грабительским набегам и Грузия.

В августе 1925 года началась новая широкомасштабная операция по зачистке Чечни от бандформирований и изъятию оружия у местного населения. Привыкшие к слабости и мягкости советских властей, чеченцы первоначально готовились к упорному сопротивлению. Однако на этот раз власти действовали жестко и решительно. Чеченцы были потрясены, когда на их территорию вошли многочисленные войсковые колонны, усиленные артиллерией и авиацией. Операция проходила по типовой схеме: враждебные аулы окружали, передавали требование выдать бандитов и оружие. При отказе начинали пулемётно-артиллерийский обстрел и даже удары с воздуха. Саперы уничтожали дома главарей бандформирований. Это вызывало перелом в настроении местного населения. О сопротивлении, даже пассивном, больше не думали. Жители аулов сдавали оружие. Поэтому жертвы среди населения были небольшими. Операция была успешной: захватили всех крупных бандитских главарей (всего арестовали 309 бандитов, из них 105 расстреляли), изъяли большое количество оружия, боеприпасов — более 25 тыс. винтовок, более 4 тыс. револьверов и т. д. (Надо отметить, что теперь все эти бандиты реабилитированы как «невинные жертвы» сталинизма.) На некоторое время Чечня была успокоена. Жители продолжали сдавать оружие и после завершения операции. Однако успех операции 1925 года не был закреплен. На ключевых позициях в стране продолжали сидеть явные русофобы, имеющие связи с заграницей: Зиновьев, Каменев, Бухарин и т. д. Политика борьбы с «великорусским шовинизмом» продолжалась вплоть до начала 1930-х годов. Достаточно сказать, что Малая советская энциклопедия расхваливала «подвиги» Шамиля. Казаки были лишены прав, «реабилитация» казачества началась только в 1936 году, когда Сталин смог отодвинуть от власти основные группы «троцкистов-интернационалистов» (тогдашняя «пятая колонна» в СССР).

В 1929 году в состав Чечни включили такие чисто русские территории, как Сунженский округ и город Грозный. В Грозном по переписи 1926 года проживало только около 2% чеченцев, остальные жители города были русскими, малороссами и армянами. Даже татар в городе было больше, чем чеченцев, — 3,2%.

Поэтому не удивительно, что как только в СССР возникли очаги нестабильности, связанные с «перегибами» в ходе коллективизации (местный аппарат, который проводил коллективизации, во многом состоял из «троцкистов» и сознательно разжигал в СССР смуту), в 1929 году в Чечне вспыхнуло крупное восстание. В докладе командующего войсками СКВО Белова и члена РВС округа Кожевникова подчёркивалось, что пришлось дело иметь не с отдельными бандитскими выступлениями, а «прямым восстанием целых районов, в котором почти всё население принимало участие в вооружённом выступлении». Восстание было подавлено. Однако его корни не были ликвидированы, поэтому в 1930 году провели ещё одну войсковую операцию.

Не успокоилась Чечня и в 1930-е годы. Весной 1932 года вспыхнуло новое крупное восстание. Бандформирования смогли блокировать несколько гарнизонов, но вскоре были разбиты и рассеяны подошедшими частями Красной Армии. Следующее обострение ситуации произошло в 1937 году. С этого пришлось активизировать борьбу с бандитскими и террористическими группами в республике. В период с октября 1937 года по февраль 1939 года на территории республике действовало 80 группировок общей численностью 400 человек, ещё более 1 тыс. бандитов находились на нелегальном положении. В ходе предпринятых мер бандитское подполье было зачищено. Арестовали и осудили более 1 тыс. человек, изъяли 5 пулеметов, более 8 тыс. винтовок и другое оружие и боеприпасы.

Однако затишье не было долгим. В 1940 году бандитизм в республике снова активизировался. Большинство банд пополнялось за счёт беглых преступников и дезертиров Красной Армии. Так, с осени 1939 года по начало февраля 1941 года из РККА дезертировало 797 чеченцев и ингушей.

Во время Великой Отечественной войны чеченцы и ингуши «отличились» массовым дезертирством и уклонением от службы в армии. Так, в докладной записке на имя наркома внутренних дел Лаврентия Берия «О положении в районах Чечено-Ингушской АССР», составленной заместителем наркома госбезопасности, комиссаром госбезопасности 2-го ранга Богданом Кобуловым от 9 ноября 1943 года сообщалось, что в январе 1942 года при комплектовании национальной дивизии удалось призвать только 50% личного состава. Ввиду упорного нежелания коренных жителей ЧИАССР идти на фронт, формирование чечено-ингушской кавалерийской дивизии так и не было завершено, тех, кого удалось призвать, направили в запасные и учебные части.

В марте 1942 года из 14576 человек дезертировало и уклонилось от службы 13560 человек. Они перешли на нелегальное положение, ушли в горы, присоединились к бандам. В 1943 году из 3 тыс. добровольцев дезертировало 1870 человек. Что понять огромность этой цифры, стоит сказать, что находясь в рядах РККА, в годы войны погибло и пропало без вести 2,3 тыс. чеченцев и ингушей.

Одновременно во время войны в республике пышным цветом расцвёл бандитизм. С 22 июня 1941 по 31 декабря 1944 года на территории республики было отмечено 421 бандитское проявление: нападения и убийства на бойцов и командиров РККА, НКВД, советских и партийных работников, нападения и ограбления государственных и колхозных учреждений и предприятий, убийства и ограбление простых граждан. По числу нападений и убийств командиров и бойцов Красной Армии, органов и войск НКВД ЧИАССР в этот период немного уступила только Литве.

За этот же период времени в результате бандитских проявлений было убито 116 человек, а в ходе операций против бандитов погибло 147 человек. При этом было ликвидировано 197 банд, убито 657 бандитов, 2762 захвачено, 1113 явились с повинной. Таким образом, в рядах бандформирований, которые воевали против Советской власти, погибло и было арестовано намного более чеченцев и ингушей, чем тех которые погибли и пропали без вести на фронте. Нельзя также забывать о том факте, что в условиях Северного Кавказа бандитизм был невозможен без поддержки местного населения. Поэтому пособниками бандитов была значительная часть населения республики.

Что интересно, в этот период Советской власти приходилось бороться в основном с молодой бандитской порослью — выпускниками советских школ и вузов, комсомольцами и коммунистами. К этому времени ОГПУ-НКВД уже выбило старые кадры бандитов, воспитанных в Российской империи. Однако молодежь пошла по стопам отцов и дедов. Одним из таких «молодых волков» был Хасан Исраилов (Терлоев). Он в 1929 году вступил в ВКП (б), поступил в Комвуз в Ростове-на-Дону. В 1933 году был отправлен в Москву в Коммунистический университет трудящихся Востока им. Сталина. После начала Великой Отечественной войны Исраилов вместе со своим братом Хусейном перешел на нелегальное положение и начал подготовку всеобщего восстания. Начало восстания планировалось на 1941 год, но затем его перенесли на начало 1942 года. Однако из-за низкого уровня дисциплины и отсутствия хорошей связи между повстанческими ячейками, ситуация вышла из под контроля. Скоординированного, одновременного восстания не состоялось, вылившись в выступления отдельных групп. Разрозненные выступления подавили.

Исраилов не сдался и начал работу по партийному строительству. Основным звеном организации были аулкомы или троки-пятёрки, проводившие антисоветскую и повстанческую работу на местах. 28 января 1942 года Исраилов провел в Орджоникидзе (Владикавказ) нелегальное собрание, которое учредило «Особую партию кавказских братьев». Программа предусматривала учреждение «свободной братской Федеративной республики государств братских народов Кавказа по мандату Германской империи». Партия должна была бороться с «большевистским варварством и русским деспотизмом». Позднее, для того, чтобы подстроиться под гитлеровцев Исраилов преобразовал ОПКБ в «Национал-социалистическую партию кавказских братьев». Её численности достигла 5 тыс. человек.

Кроме того, в ноябре 1941 года была учреждена «Чечено-горская национал-социалистическая подпольная организация». Её лидером был Майрбек Шерипов. Сын царского офицера и младший брат героя Гражданской войны Асланбека Шерипова, Майрбек вступил в ВКП (б), и в 1938 году был арестован за антисоветскую пропаганду, но в 1939 году его отпустили за недоказанностью вины. Председатель Леспромсовета ЧИАССР осенью 1941 года перешел на нелегальное положение и начал объединять вокруг себя главарей бандформирований, дезертиров, беглых преступников, а также установил связи с религиозными и тейповыми лидерами, склоняя их к восстанию. Основная база Шерипова была в Шатоевском районе. После приближения фронта к границам республике, в августе 1942 года Шерипов поднял крупное восстание в Итум-Калинском и Шатоевском районах. 20 августа повстанцы окружили Итум-Кале, но взять селение не смогли. Небольшой гарнизон отбил атаки бандитов, а подошедшее подкрепление обратило чеченцев в бегство. Шерипов попытался соединиться с Исраиловым, но в ходе спецоперации был уничтожен.

В октябре 1942 года восстание поднял немецкий унтер-офицер Реккерт, заброшенный в августе в Чечню во главе разведывательно-диверсионной группы. Он установил связь с бандой Сахабова и при содействии религиозных авторитетов завербовал до 400 человек. Отряд был снабжен оружием, сброшенным с немецких самолетов. Диверсанты смогли поднять на восстание некоторые алы Веденского и Чеберлоевского районов. Однако власти быстро подавили это выступление. Реккерта уничтожили.

Горцы внесли и посильный вклад в военную мощь Третьего рейха. В сентябре 1942 года в Польше были сформированы три первых батальона Северо-Кавказского легиона — 800-й, 801-й и 802-й. При этом в 800-м батальоне имелась чеченская рота, в 802-м — две роты. Численность чеченцев в немецких вооруженных силах была небольшой ввиду массового дезертирства и уклонения от службы, число чеченцев и ингушей в рядах РККА была небольшой. Поэтому и пленных горцев была мало. Уже в конце 1942 года 800-й и 802-й батальоны отправили на фронт.

Почти одновременно в Миргороде Полтавской области начинают формировать 842-й, 843-й и 844-й батальоны Северо-Кавказского легиона. В феврале 1943 года их отправили в Ленинградскую область для борьбы с партизанами. В это же время в местечке Весола формируют батальон 836-А (буква «А» означала «айнзатц» — уничтожение). Батальон специализировался на карательных операциях и оставил длинный кровавый след в Кировоградской, Киевской областях и во Франции. В мае 1945 года остатки батальона были пленены британцами в Дании. Горцы просили британского подданства, но были выданы СССР. Из 214 чеченцев 1-й роты 97 привлекли к уголовной ответственности.

По мере приближения фронта к границам республики немцы стали забрасывать на территорию ЧИАССР разведчиков и диверсантов, которые должны были подготовить почву для масштабного восстания, совершать диверсии и теракты. Однако наибольшего успеха достигла только группа Реккера. Чекисты и армия действовали оперативно и предотвратили восстание. В частности, неудача постигла группу обер-лейтенанта Ланге, заброшенную 25 августа 1942 года. Преследуемый советскими подразделениями, обер-лейтенант с остатками своей группы, с помощью проводников-чеченцев, был вынужден перейти через линию фронта обратно к своим. Всего немцы забросили 77 диверсантов. Из них 43 было обезврежено.

Немцы даже подготовили «наместника Северного Кавказа — Османа Губе (Осман Сайднуров). Осман в Гражданскую войну воевал на стороне белых, дезертировал, жил в Грузии, после её освобождения Красной Армией, бежал в Турцию. После начала войны прошел курс обучения в немецкой разведшколе и поступил в распоряжение военно-морской разведки. Губе-Сайднурову, для повышения авторитета среди местного населения, даже разрешили называть себя полковником. Однако планы по разжиганию восстания среди горцев провалились — чекисты схватили группу Губе. Во время допроса несостоявшийся кавказский гауляйтер сделал весьма интересное признание: «Среди чеченцев и ингушей я без труда находил нужных людей, готовых предать, перейти на сторону немцев и служить им».

Интересен и тот факт, что местное руководство внутренних дел фактически саботировало борьбу с бандитизмом и переходило на сторону бандитов. Возглавлявший НКВД ЧИАССР капитан госбезопасности Султан Албогачиев, ингуш по национальности, саботировал деятельность местных чекистов. Албогачиев действовал в связке с Терлоевым (Исраиловым). Предателями оказались и многие другие местные чекисты. Так, изменниками были начальники райотделов НКВД: Старо-Юртовского — Эльмурзаев, Шароевского — Пашаев, Итум-Калинского — Межиев, Шатоевского — Исаев и т. д. Множество предателей оказалось и среди рядовых сотрудников НКВД.

Схожая картина была и в среде местного партийного руководства. Так, при приближении фронта бросили работу и бежали 16 руководителей райкомов ВКП (б) (в республике было 24 района и город Грозный), 8 руководящих работников райисполкомов, 14 председателей колхозов и другие члены партии. Видимо, те, кто остался на своих местах, просто были русскими или «русскоговорящими». Особенно «прославилась» парторганизация Итум-Калинского района, где в бандиты подался весь руководящий состав.

В результате в годы тяжелейшей войны республику охватила эпидемия массового предательства. Чеченцы и ингуши полностью заслужили своё наказание. Причём надо отметить, что по законам военного времени Москва могла покарать многие тысячи бандитов, предателей и их пособников намного жестче, вплоть до расстрела и длительных сроков тюремного заключения. Однако мы в очередной раз видим пример гуманизма и великодушия сталинского правительства. Чеченцев и ингушей выселили, отправили на перевоспитание.

Психологическая особенность проблемы

Многие нынешние граждане западного мира, да и России, не в состоянии понять, как можно наказать целый народ за преступления отдельных его групп и «отдельных представителей». Они исходят из своих представлений об окружающем мире, когда их окружает в целом мир индивидуалистов, атомизированных личностей.

Западный мир, а затем и Россия, после индустриализации утратили структуру традиционного общества (по сути, крестьянского, аграрного), связанного общинными связями, круговой порукой. Запад и России перешли на иной уровень цивилизации, когда каждый человек отвечает только за свои преступления. Однако, при этом европейцы забывают, что на планете по-прежнему существуют области и регионы, где преобладают традиционные, родоплеменные отношения. Таким регионом является и Кавказ, и Средняя Азия.

Там люди связаны семейными (включая большие патриархальные семьи), клановыми, племенными отношениями, а также землячеством. Соответственно, если человек совершает преступление, за него отвечает и наказывает его местная община. В частности, поэтому на Северном Кавказе редки изнасилования местных девушек, родственники при поддержке местной общины просто «зароют» преступника. Милиция закроет на это глаза, так она состоит из «своих людей». Однако, это не значит, что «чужие» девушки, за которыми не стоит сильный род, община, в безопасности. «Джигиты» могут себя вольно вести и на «чужой» территории.

Круговая порука — это яркая отличительная черта любого общества, находящего на родоплеменной стадии развития. В таком обществе нет случая, о котором не знало бы всё местное население. Нет скрывающегося бандита, убийцы, о месте расположения которого не знают местные. Ответственность за преступника несёт весь род и поколение. Такие взгляды очень сильны и сохраняются из века в век.

Такие отношения были характерны для эпохи родоплеменных отношений. В период Российской империи, а ещё сильнее в годы Советского Союза, Кавказ и Средняя Азия подверглись сильному цивилизационному, культурному влиянию русского народа. Городская культура, индустриализация, мощная система воспитания и образования оказали на эти регионы сильнейшее влияние, они начали переход от родоплеменных отношений к более передовому обществу городского индустриального типа. Если бы СССР существовал ещё несколько десятилетий, переход был бы завершен. Однако СССР разрушили. Северный Кавказ и Средняя Азия не успели завершить переход к более развитому обществу, и начался быстрый откат в прошлое, архаизация социальных отношений. Всё это происходило на фоне деградации системы образования, воспитания, науки и народного хозяйства. В итоге мы получили целые поколения «новых варваров», спаянных семейными, родовыми традициями, волны которых постепенно захлестывают российские города. Причем они смыкаются с местными «новыми варварами», которых плодит деградировавшая (сознательно упрощенная) российская система образования.

Таким образом, необходимо ясно осознавать тот факт, что Сталин, который отлично знал особенности этнопсихологии горских народностей с её принципами круговой поруки и коллективной ответственности всего рода за преступление, совершенное его членом, так как сам был с Кавказа, совершенно правильно наказал целый народ (несколько народов). Если бы местное общество не поддерживало гитлеровских пособников и бандитов, то первых коллаборационистов передавили бы сами местные жители (или сдали бы властям). Однако чеченцы сознательно пошли на конфликт с властью, и Москва их наказала. Все разумно и логично — за преступления необходимо отвечать. Решение было справедливым и даже в некотором отношении мягким.

Сами горцы тогда знали, за что их наказывают. Так, среди местного населения тогда ходили следующие слухи: «Советская власть нам не простит. В армии не служим, в колхозах не работаем, фронту не помогаем, налогов не платим, бандитизм кругом. Карачаевцев за это выселили — и нас выселят».

Автор: Самсонов Александр

Источник


Добавить комментарий

© 2017 Новороссия СМИ
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru